Ответом ИГ может быть лишь альтернативная утопия - РСД - Архив

Ответом ИГ может быть лишь альтернативная утопия

Ответом ИГ может быть лишь альтернативная утопия Главная политическая ложь нашего времени это ложь об отсутствии альтернативы. После (как теперь окончательно признано) взрыва А321 и терактов в Париже война в Сирии объявляется долгом перед погибшими и, более того, неизбежностью – «Ведь вы же не хотите победы абсолютного зла?».

Когда Владимир Путин призывает найти и покарать виновных в гибели самолета, это кажется естественным. Что же еще делать с террористами, как не бомбить? Однако трудно представить, что, принимая решение о бомбежках Сирии, Путин не ожидал такой подлости, как ответные теракты. Ведь мы же, кажется, говорим не о запуганных интеллигентах с желто-голубыми ленточками, а об ИГИЛ, мировом зле. Очевидно, эти риски входили в расчеты Кремля и были признаны неизбежной платой за сохранение у власти Башара Асада и преодоление международной изоляции, которая, в свою очередь, стала неизбежным итогом неизбежного захвата Крыма и неизбежной поддержки сепаратизма на Донбассе.

Сегодня заявления радикальных левых, противопоставляющие империалистическому вмешательству и усилению мер контроля классовую солидарность кажутся бесполезными мантрами. Разве классовая солидарность остановит игиловских извергов? Разве теперь, когда против нас развязана война, время вставлять цветы в дула автоматов? Разве уход из Сирии не означал бы капитуляцию перед варварством и дальнейшее расползание Исламского государства?  

Однако безальтернативность – опасная иллюзия и лукавый советчик. Ведь речь идет не о божественном Провидении, а о роковой закономерности мировой политики. Да, бесконечные и, скорее всего, безуспешные бомбежки Сирии неизбежны… в рамках дурного сна, который мы называем мировой политикой. Говоря об ИГИЛ как об абсолютном, инфернальном зле, хорошо бы помнить и о том, что зло это не явилось из космоса, но стало расплатой за множество политических решений, большинство из которых в пору их принятия казались разумными и объявлялись неизбежными.

ИГИЛ это исламисты, освобожденные Асадом из тюрем, чтобы противостоять «арабской весне», руководимые офицерами армии Саддама Хусейна, оказавшимися не у дел, когда Джордж Буш «принес демократию иракскому народу», это сирийские крестьяне, ожесточенные голодом и многолетней гражданской войной, вина за затягивание которой лежит не в последнюю очередь на хозяевах Кремля.

Откуда у ИГИЛ деньги и оружие? Его дали им Обама, Путин, Эрдоган, Иран, саудиты и европейские лидеры. Именно они спонсировали, обучали, вооружали тех, кого видели проводниками своей политики на Ближнем Востоке.

В чем притягательность идеологии ИГИЛ, объединяющего в своих рядах сирийских бедняков, таджикских мигрантов, постмодернистских интеллектуалов и ребят, рожденных в пригородах Брюсселя? Не в том ли, что эта дикая идея, усилиями «свободного» мира, стала безальтернативной для тысяч мусульман?

ИГИЛ

ИГ - ужасающе эффективная утопия

«Я думаю, что не национализм, который был когда-то в арабском мире представлен… партией «Баас», и не демократия, которой мы никогда здесь не видели и, уверен, никогда не увидим, объединят арабские земли. Только ИГ показало себя военной, политической и экономической силой, которая способна убрать никчемные автократические и монархические режимы, и объединить сначала арабов, а потом и всех мусульман», - цитировал журнал «Власть» слова молодого филолога из Алеппо. Что-то непохоже на бредни невежественного варвара.

Кто, не кривя душой, может сказать, что разочарование в идеалах либеральной демократии и прогресса развивающихся стран не имеют под собой оснований? Разве ответственность за провал антиколониального проекта не лежит на таких структурах, как МВФ, Всемирный банк, транснациональные корпорации и неолиберальные правительства? Не лежит ли он также на бюрократии, развалившей Советский союз, некогда служивший опорой светских левых сил в постколониальном мире?

После терактов в Париже прозвучали немногие критические голоса, отмечавшие, что еще более ужасные события в Анкаре, Бейруте или Кении не вызвали и тысячной доли этой мировой скорби? Виной тому не столько европоцентризм жителей «первого мира», но экономическая, политическая и культурная гегемония Запада, поддерживаемая корпоративными СМИ, формирующими общественное мнение. Не являются ли в таком случае теракты неизбежной жестокой формой коммуникации глобального Юга с глобальным Севером?

Сегодня лидеры Большой Двадцатки в один голос взывают к сплочению против ИГ. Кажется, они даже готовы отпустить друг другу грехи недавнего прошлого… те самые, которые стали причиной их грешного настоящего. А это значит, что нас ждут новые бомбардировки, сменяющиеся новыми терактами.

Чтобы вырваться из этого кошмара, бесполезно предлагать «прагматические» решения. Мы видели достаточно ужасов, чтобы по достоинству оценить мнимый прагматизм буржуазной политики. 11 сентября, «войны с террором» в Ираке, Афганистане и Чечне, «Норд-ост», Беслан, Волгоград, Донбасс… Сколько еще нужно доказательств, чтобы осознать, что мы имеем дело не с чрезвычайными обстоятельствами, а с рутиной капитализма XXI века, не предполагающей ни мира, ни безопасности, ни будущего.

Секретом успеха ИГИЛ является вызывающий утопизм этого проекта, рвущего с политической нормальностью и предлагающего своим адептам новый мир. Да, этот новый мир чудовищен, но противопоставить ему старому миру нечего. Ответом реакционной утопии ИГИЛ может быть лишь радикально гуманистическая, космополитическая утопия мировой социалистической революции. 

 


17 ноября 2015 — Иван Овсянников
ИГИЛ, ИГ, Сирия, война в Сирии, джихад, Путин, А321, нет войне, левые, РСД, Российское социалистическое движение


«Российское социалистическое движение»,
2011-2012
Copyleft, CC-BY-SA