Cмерть Умарали и банальность зла - РСД - Архив

Cмерть Умарали и банальность зла

Cмерть Умарали и банальность зла История гибели таджикского ребенка ужасна не тем, что полицейские были повинны в какой-то особой жестокости. Когда российскую правоохранительную систему сравнивают с гестапо, это верно лишь в том смысле, в котором Ханна Арендт писала о «банальности зла».

Присутствуя на процессе нацистского преступника Эйхмана, ответственного за уничтожение нескольких миллионов евреев, Арендт была поражена тем, что увидела на скамье подсудимых вовсе не демона, а заурядного бюрократа, оправдывавшего свои действия тем, что он был лишь слепым исполнителем, винтиком системы. 

Требование расследовать смерть мальчика и строго наказать конкретных виновников трагедии - правильное. Однако если мы ограничимся только этим, не ставя вопрос о более общих, социальных причинах произошедшего, мы ничего не поймем, ничему не научимся, а главное – ничего не изменим. 

Банальное зло, о котором я говорю – расизм. Но не тот расизм, который проявляет себя в «метании зиг» и убийствах из ненависти. Сотрудники ФМС и полицейские, совершавшие «рейд», скорее всего, не испытывали никаких чувств по отношению к таджикской семье. Они действовали в рамках стандартной бюрократической процедуры. Но сама эта процедура, сама система, позволяющая вломиться и арестовать людей, единственное преступление которых состоит в отсутствии документов, является глубоко бесчеловечной и расистской!

Из того, что пишут об этой истории, можно понять, что таджикская семья Назаровых живет в Питере 15 лет. Снимает двухкомнатную квартиру. Отец Умарали работает на стройке. От тысяч российских семей семья Назаровых не отличается ничем, кроме того, что они таджики и у них не в порядке документы. Впрочем, огромное количество приезжих из регионов России живут в северной столице без регистрации, однако к ним домой не врываются полицейские, на них не устраивают облавы, у них не отбирают детей. Так что список «признаков преступления» вполне можно сократить: Назаровы мигранты, таджики, мусульмане. И они бедные.

В российском обществе принято думать о мигрантах как о «чужих» и «чуждых». Российскому обывателю трудно понять европейцев, выходящих на массовые демонстрации солидарности с сирийскими беженцами под лозунгом: «Refugees welcome». Но в действительности система устроена таким образом, что мигрант, если он не принадлежит к элитной группе, и не может стать «своим».

Дешевая рабочая сила востребована российскими компаниями, но она должна оставаться бесправной, чтобы приносить прибыль. Мигрант в России не живет на пособие, он трудится. Но труд не делает его признанным членом социума. Он может прожить в городе десятилетия, но все равно останется пришельцем. Потому что это выгодно кормящимся за его счет ордам коррупционеров и мошенников.

И нас еще пугают пришествием ИГИЛ в Россию! Объясняют, что надо бомбить далекое ближневосточное государство, чтобы злобные вербовщики не приехали оттуда совращать мусульман! А может, настоящими вербовщиками ИГИЛ в России являются не бородатые салафиты, а чиновники ФМС, полицейские начальники, прикормленные националисты и жадные работодатели, ежедневно воспроизводящие банальное зло?

 


29 октября 2015 — Иван Овсянников
Умарали Назаров, мигранты, расизм, полиция, Петербург, жестокость, РСД, левые, антифашизм


«Российское социалистическое движение»,
2011-2012
Copyleft, CC-BY-SA