Десятые в оппозиционной и левой политике: краткие итоги и уроки

Десятилетие началось с демократических протестов 2011-12 годов. По сути, эти выступления ознаменовали конец негласного социального контракта нулевых: политический нейтралитет активной части городских слоев в обмен на относительное материальное благополучие.

Однако в итоге экономический кризис конца нулевых вкупе с возмущением по поводу безальтернативных выборов вывел на улицу людей с достаточно разным социальным бэкграундом.

Мы выступали за единство протестных сил, за участие левых в протестах в виде скоординированного фланга, против союза с откровенно ультраправыми деятелями и против перехвата повестки либеральной верхушкой, которая имела на тот момент наибольшие информационные и финансовые возможности.

Власти удалось сначала риторически разделить жителей России на «оппозиционных хипстеров» и всех остальных (риторика, во многом поддержанная либеральным крылом протеста), а затем – с помощью репрессий и сфабрикованных процессов – перехватить инициативу, рассеять движение, переключить внимание активистов с наступательной на оборонительную повестку – защиту политзаключенных.

Одним из важных итогов для левых стала неготовность к включению большого количества людей, пришедших на волне протестов, в организации, отсутствие структур и мощностей для дальнейшей работы с ними. Эта проблема остается актуальной.

Украинский Майдан, последовавшее за ним присоединение Крыма и война на Донбассе окончательно раскололи протестное сообщество. Мы доносили нашу позицию с самого начала, готовы повторить ее и сегодня. Жители Украины имели полное право на восстание против коррумпированного пророссийского режима, жители Донбасса имели такое же право на восстание против политики и риторики Майдана, которую во многом начали определять ультраправые.

Косвенное военное вмешательство России (которое было и остается «секретом Полишинеля») не ставило своей целью в самом деле защитить права русскоязычного населения Восточной Украины, зато запустило долгое противостояние с элементами внешней агрессии и гражданской войны, в итоге превратив донбасские области в непризнанные государства-марионетки, по сути российские колонии без какого-либо будущего.

Вместе с украинскими левыми мы выступали и выступаем за мирный процесс на Донбассе, за разговор всех сторон конфликта на языке солидарности и общего будущего, а не ненависти и реванша.

Что касается Крыма, его жители, как и жители любой другой территории, должны иметь полное право на самоопределение. Однако левых при этом должна занимать в первую очередь не принадлежность той или иной территории тому или иному государству, а то, в какой степени на ней соблюдаются права трудящегося большинства и входящих в него языковых, культурных и других групп, а также то, насколько выполняются прозрачные и добровольные условия на референдумах и других демократических процедурах.

Очевидно, что действия России в Крыму были далеки от соответствия всем этим требованиям. Также очевидно, что статус Крыма, как и остальных спорных территорий, таких как Нагорный Карабах, может быть урегулирован только в рамках новых федеративных образований, за которых левым и демократическим силам предстоит бороться.

Присоединение Крыма вызвало беспрецедентную за сто лет реакционную, псевдопатриотическую эйфорию, которую мы считали и считаем крайне вредной для социальной борьбы в России.

Политическая депрессия после Болотной и Крыма вызвала также подъем кружкового движения и левого блоггинга. На фоне деградации образования, на фоне правой и либеральной гегемонии можно только приветствовать стремление большого количества людей изучать марксизм и разоблачать либеральные мифы о социализме.

Есть и обратная сторона: явная склонность части левой аудитории компенсировать текущее бессилие и страх перед «майданом» с помощью бесконечного восхваления СССР и пережевывания упрощенных марксистских догм, не имеющих отношения к реальности. Так или иначе, это интересный процесс, который может привести как к новому кризису, так и к обновлению и усилению левой политики.

На фоне кризиса политической оппозиции в десятые годы произошел важный подъем социальных, локальных движений.

В связи с мусорным кризисом и попытками властей преодолевать его за счет населения активизировались экологи. Самой громкой и успешной на данный момент кампанией стала борьба против мусорного полигона в Шиесе, вызвавшая общенародную поддержку и появление сходных движений по всей стране. Наши активисты ездили в Шиес, были на переднем краю борьбы против против токсичного производства в Удмуртии, участвовали в экологических акциях в других городах.

Десятые годы это также подъем феминизма в России: выступлений против домашнего насилия и харрасмента на рабочем месте, за гендерное равноправие в трудовой сфере, в политике, в СМИ. Все эти годы феминистки вели свою борьбу и добивались успехов под градом обвинений и издевательств со стороны провластной и консервативной части общества. Так или иначе, феминизм входит в новое десятилетие в хорошей форме, наша задача – участвовать в этой борьбе, вместе с левыми феминистками настаивая на том, что подлинное гендерное равенство невозможно без социального.

Еще один важный процесс – подъем городских движений против наступающего коррумпированного «урбанизма», реновации и т.н. благоустройства в интересах чиновников, банков и застройщиков.

С подъемом городских движений напрямую связан подъем движения независимых муниципальных депутатов. Мы всячески приветствуем этот процесс и сами участвуем в нем. Не имея иллюзий насчет буржуазной демократии как таковой, мы считаем, что выборы разных уровней сегодня – лучший способ мобилизации активистов для решения конкретных достижимых задач, для контакта с широкими аудиториями.

Возможности независимых активистов, которые, став депутатами, получают официальный статус, доступ к закрытым от населения документам и хотя бы минимальные рычаги управления, прекрасно понимает и власть: снятие кандидатов, сфабрикованные против них дела, разгон демонстраций в их поддержку – все это мы видели в последние годы и увидим в ближайшем будущем.

Здесь же стоит упомянуть и случай губернатора Хабаровского края Фургала, который, благодаря некоторым шагам навстречу избирателю, из провластного чиновника превратился в «народного» политика. На его арест хабаровчане отреагировали огромными, не прекращающимися уже полгода демонстрациями – пожалуй, самая мощная гражданская кампания последнего года.

Важным уроком стало поражение кампании против повышения пенсионного возраста в 2018 году. Отсутствие достаточной политической силы у независимых профсоюзов, на первом этапе удачно возглавивших кампанию, зависимость официальных левых от кремлевских кураторов, желание либералов сыграть на чужой в общем-то теме – таковы основные причина поражения.

Серьезным политическим феноменом десятых годов стал Алексей Навальный, который в конце нулевых проявлял себя как жесткий националист и империалист, соратник Захара Прилепина и завсегдатай Русских маршей, затем приобрел популярность за счет объективно важных для общества расследований коррупции, а в итоге превратился в умелого популиста, способного интегрировать достаточно разные повестки для расширения своей аудитории. В контексте избирательных компаний Навальному удалось создать достаточно дееспособную структуру – сеть «штабов» по стране.

Навальный – сильный политик с праволиберальным экономическим блоком и гибкой популистской риторикой – на данный момент весьма серьезный оппонент режима. Для левых он и его движение является политическим оппонентом и потенциальным тактическим союзником. Для любого успешного развития протеста сотрудничество как независимых левых, так и околоКПРФной, «левопатриотической» среды с навальнистами неизбежно, именно такой альянс вызывает наибольшие опасения со стороны режима, который будет препятствовать подобному сценарию любыми способами.

Все это нисколько не делает из Навального «общего кандидата от оппозиции» – тема коррупции, которую он разрабатывает, хотя важна и востребована обществом, но не является панацеей – без структурных изменений перераспределительного толка, которые должны быть частью левой, да и общедемократической программы.

Пандемия коронавируса ценой огромного количества жертв доказала то, о чем левые говорили на протяжении всех десятых – «оптимизация» медицины, в которой западные неолиберальные рецепты совместились с местными традициями авторитаризма и коррупции – преступление против общества. Профсоюзы медиков, в первую очередь, «Действие», динамично развивающиеся сегодня – еще один важный итог года и десятилетия.

На повестке дня, с которой Россия входит в новое декаду, – демократическая революция против верхушки крупного бизнеса, высших чиновников и силовиков. Против элиты, которая грабит население, репрессирует и выдавливает за границу несогласных, блокирует развитие страны, все больше превращая ее в мировую периферию с частными военными компаниями и ядерными ракетами.

На повестке дня независимых левых – помимо работы в социальных и гражданских движениях, участие в демократических, будем надеяться, революционных, протестах, с целью продвижения повестки радикальной, социалистической демократии. Нам нужны политические свободы, гарантии полноценных социальных и трудовых прав, развитие местного и рабочего самоуправления. Нам нужны демократия и социализм.

Товарищи, желаем всем силы ума и крепости духа, с новым десятилетием борьбы!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *