Безымянный

Объясняют ли теории заговора практику революций? (видеоблог)

Многим сложно представить, как может в одночасье рухнуть режим, еще недавно казавшийся вечным. Способна ли толпа каких-то оборванцев разрушить Империю? Конечно, нет — заявляют сторонники теорий заговора. Или все-таки да? Разбираемся вместе с активистом Российского социалистического движения Иваном Овсянниковым.

Подписывайтесь на наш Youtube-канал.

Все революции кем-то «проплачены», — уверен обыватель. Не может же быть, чтобы такая доростоящая машина, как государство, была свергнута нищебродами.

Участие Германии в финансировании большевистской партии является мифом, доказательств которого не найдено. Но из истории мы знаем подобные примеры. Советский союз помогал компартиям и национально-освободительным движениям по всему миру, США инспирировали антикоммунистические перевороты, а путинская Россия, возможно, спонсирует европейских ультраправых. Но значит ли это, что революцию можно спровоцировать извне?

Давайте на секунду представим, что это правда. Правительства тратят огромные суммы на содержание силовых структур и пропагандистского аппарата. И все же, революции происходят. Одно из двух: либо революционеры располагают суммами, сопоставимыми с бюджетами государств, что маловероятно, либо вложения в революцию по каким-то причинам эффективнее. А значит, «спрос» на революцию в обществе выше, чем «спрос» на стабильность.

Конечно, заговоры и перевороты в истории случаются. Вспомним мятеж военных в Турции или дворцовые перевороты в России XVIII века. Но эти события совсем не похожи на революцию. Переворот опирается на узкий круг посвященных — как правило, это военные или лица, приближенные к власти.

В революциях участвуют сотни тысяч и миллионы простых людей. Если допустить, что всех их подкупили или обманули, то придется признать что огромное число граждан готово рисковать жизнью ради горсти монет и поверить любому, кто обещает им лучшую жизнь. А это значит что у действующей власти, мягко говоря, проблемы с легитимностью. Предположение о том, что революции кто-то вызывает искусственно становится излишним.

Но, может быть, все дело в гениальности революционеров, которые всех «переиграли». Но каким образом адвокат Владимир Ульянов или журналист Лев Троцкий стали лидерами Советской России? Конечно, они были неординарными личностями, но их политические возможности были ограничены. Ленин был из небогатых дворян, Троцкий — сыном еврейского фермера. Большую часть времени они прожили в эмиграции, и у них не было даже видеоблога, чтобы общаться с последователями.

Напрашивается вывод: если кучка интеллигентов, не имевшая ни власти, ни опыта управления, смогла «переиграть» систему, значит, царские чиновники оказались полными идиотами. Но это не так. Интеллект лишь тогда может обеспечить победу в борьбе за власть, когда производимые им идеи «овладевают массами». Только тогда, по выражению Маркса, они становятся материальной силой.

Оружие критики не может заменить критики оружием, материальная сила должна быть опрокинута материальной же силой, но теория становится материальной силой, как только она овладевает массами. Карл Маркс, К критике гегелевской философии права (1844)

Революции происходят спонтанно — их часто сравнивают с взрывом или землетрясением. Современники могут предчувствовать революцию, но она все равно застает их врасплох. «Мы, старики, может быть, не доживём до решающих битв грядущей революции», — писал Ленин в январе 1917-го.

Поводом к революции может стать случайное событие, например самосожжение уличного торговца, как это произошло в Тунисе в 2011-м или дефицит хлеба в Петрограде в феврале 1917-го. Но истинные ее причины — гораздо глубже. В стране должна сложиться революционная ситуация, определение которой дал все тот же Ленин.

Для наступления революции недостаточно, чтобы «низы не хотели», а требуется еще, чтобы «верхи не могли» жить по-старому. Владимир Ленин.

Чтобы кризис власти достиг таких масштабов, надо, чтобы правящим классом была допущена не одна, а множество роковых ошибок. Революционная ситуация означает, что общество зашло в тупик, запуталось в неразрешимых противоречиях.

Да, революции можно избежать, если вовремя провести реформы. Но очень часто элита неспособна на них пойти, ведь именно старый порядок обеспечивает ей власть и богатство. Русские дворяне совершили бы коллективное самоубийство, раздав свои земли крестьянам. Условный Ротенберг добровольно не расстанется со своими миллиардами и возможностью воровать из бюджета. Власть имущим до последнего кажется, что недовольные — лишь кучка экстремистов, с которой можно справиться насилием. Но это самообман.

Даже самая авторитарная власть не может существовать без социальной опоры. Как гласит изречение, приписываемое Наполеону, «Штыки годятся для всего, но сидеть на них нельзя». В нормальных обстоятельствах государство держит социальные конфликты под контролем, используя для этого пропаганду, законы и репрессии. Но иногда они обостряются настолько, что даже сама элита уже не верит в будущее режима. И тогда даже легкий толчок может обрушить лавину.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *