gettyimages-632845928

Франция: электоральный цирк и реальная жизнь

Меньше чем через месяц во Франции пройдут президентские выборы. Отвращение к «левому» правительству Олланда, дискредитировавшему себя антирабочей политикой, и коррупционный скандал в лагере традиционных правых играет на руку праворадикалам, представленным Марин Ле Пен. Тем временем в предместьях закипает гнев молодежи против полицейской жестокости, а среди рабочих растет разочарование в политической системе. О ситуации в Пятой республике — статья наших товарищей из Новой антикапиталистической партии. Перевод Дмитрия Жукова. 

После нескольких недель неопределенности традиционная французская правая партия «Республиканцы» (LR) все же выдвинула Франсуа Фийона на президентские выборы, первый тур которых будет происходить 23 апреля. Он оказался победителем на праймериз в декабре, но его кандидатуре угрожало судебное разбирательство: его жена и дети получили около 800 тыс. евро из фондов парламента за фиктивную работу. Это тем более неприлично, что Фийон ведет кампанию в поддержку дальнейшего затягивания поясов за счет бедного населения. У Марин Ле Пен, кандидатки от Национального фронта, тоже проблемы с правосудием из-за фиктивных назначений в европейском парламенте. Но в силу парламентского иммунитета, которым наделены евродепутаты, ей удалось избежать подчинения полиции и суду.

Мы вернемся к более детальному рассмотрению кампании и судебных дел, раздутых прессой. Но лучше начать с «реальной жизни» беднейших классов и их борьбы.

Общее недовольство

Социалистическое правительство президента Олланда и премьер-министра Вальса вызвали массовое недовольство весной 2016-го. Их трудовой закон, направленный против рабочих, закон Эль-Хомри (по фамилии министра труда), предполагал возможность добиться меньшей зависимости от трудового кодекса на уровне отраслей или предприятий, в частности, в вопросе упрощения увольнений.

фрг
Протесты трудящихся и молодежи против нового закона о труде. Весна 2016

Закон был утвержден, несмотря на многие месяцы забастовок и митингов. Те, кто боролся, не жалеют об этом и знают, что продолжение борьбы неизбежно. Очевидно, крупные предприниматели довольны, но Франсуа Олланд и Мануэль Вальс заплатили за этот закон своей популярностью. Олланд отказался добиваться второго срока, а Мануэль Вальс, рассчитывавший занять место кандидата от социалистов на президентских выборах, так и не был избран на праймериз (для него это настоящее оскорбление). Он вынужден был оставить это место социалисту Бенуа Амону, который тоже был министром, но делает вид, что он левее (вернемся к нему ниже).

CGT-petrolio
Рабочие на баррикадах. Франция, 2016

Среди рабочих царит общее и глубокое недовольство, но активные действия немногочисленны и, самое главное, изолированы друг от друга. Это не означает, что в области социальной борьбы вовсе ничего не происходит. Бывают забастовки, чаще на небольших предприятиях. В таком важном секторе, как железные дороги, где минувшей весной движение было наиболее сильным, сегодня происходят локальные и рассеянные, ограниченные данным сектором, негодующие акции против мер, предусмотренных новыми порядками (которые и вызвали забастовку прошлой весной).

В больницах наблюдаются такие же локальные реакции по мере того, как вводятся изменения в расписании и темпах работы, предусмотренные реформой здравоохранения, которую приняли год назад. Новые порядки на железных дорогах, как и реформа больниц или реорганизация подобного рода на почте, в целом ведут к ликвидации рабочих мест.

france-strike-2
Студенты и лицеисты против неустойчивой занятости

На частных предприятиях речь в основном идет о сопротивлении тому, что ведет к сокращению рабочих мест (закрытие предприятий или увольнения), и о борьбе за увеличение зарплаты. Мы сейчас живем в период переговоров о зарплате на предприятиях, но политика хозяев состоит в том, чтобы не допустить никакого общего роста и выдавать лишь индивидуальные повышения «по заслугам». Хозяева стремятся разобщить наемных работников, но тех это раздражает и часто побуждает к протестам и даже к временному прекращению работы. Надо заметить, что часть предпринимателей, например, группа PSA («Пежо-Ситроен»), чьи прибыли взлетели, и которая готовится к покупке немецкой фирмы Opel, охотится на активистов из профсоюзов и рабочей среды, ударяя по ним увольнениями.

Посмотрим на другие сферы активизма, в частности, на защиту окружающей среды. Например, в акциях против строительства аэропорта в районе Нанта (в Нотр-Дам-де-Ланд, в департаменте Атлантическая Луара) или против захоронения ядерных отходов недалеко от городка Бюр в департаменте Мёз (на востоке Франции) продолжаются мобилизация и борьба населения с властью. Но есть ощущение перемирия, связанного с выборами, по крайней мере, со стороны правительства, полагающего, что не время подливать масла в огонь.

Война полиции против молодежи с окраин

Последние недели были отмечены взрывом гнева против полицейского насилия, охватившем бедные кварталы окраин в ответ на подлый поступок шайки полицейских в Оне-су-Буа. Это северный пригород Парижа, знаменитая «зона север», усеянная огромными коробками многоэтажек, где живет бедное рабочее население, большей частью происходящее из Африки и Магриба. В ходе жестокой проверки полицейские изнасиловали дубинкой молодого человека антильского происхождения. Это породило волну возмущения в стране, например, во взрывоопасных лицеях, и широкое обсуждение того, что такое полиция и какова ее роль.

ad_233997607-e1486418283619
Антиполицейские граффити на окраинах

Мнения четко разделились между теми, кто обоснованно принял «антиполицейскую» точку зрения (кто остался «слева» и на окраинах). С другой стороны, правые и ультраправые расисты (впрочем, не они одни) защищали полицию и требовали еще больше полицейских для защиты граждан от «подонков» с окраин. По таким вопросам дискуссии всегда довольно жаркие.

Такого рода повторяющиеся вспышки в ответ на повторяющиеся бесчинства полиции подогревают антииммигрантскую демагогию и разговоры на тему общественной безопасности. Эта демагогия не является лишь слабостью правых и ультраправых партий. Такую же демагогию раздувало правительство Олланда-Вальса, занимаясь невиданной для последних десятилетий эскалации репрессий.

Так называемое «социалистическое» правительство внушало страх перед терактами (после истории с Шарли Эбдо в январе 2015) для оправдания «чрезвычайного положения», запрещающего митинги или окружающего их таким непомерным вниманием полиции, что практика митингов неминуемо пришла в упадок.

Усиление репрессивного арсенала полиции направлено именно против молодежи из бедных кварталов, в основном, под предлогом борьбы с наркотиками. Якобы жизнь людей в этих кварталах совершенно разъедена незаконным оборотом наркотиков, которым занята часть безработной молодежи.

Anti riot police stands guard in front of graf reading "No justice no peace" in Bobigny, northern Paris, on February 16, 2017 during a demonstration to demand justice for Theo, a 22-year-old youth worker who required surgery after his arrest last week in the gritty suburb of Aulnay-sous-Bois. French President Francois Hollande called for "justice" over the alleged rape of a black youth with a police baton, an incident that has sparked 10 nights of rioting and more than 200 arrests. / AFP PHOTO / GEOFFROY VAN DER HASSELT
“Нет справедливости – нет мира”

В общем, полицейских рейдов в пригородах стало больше. В том числе после подавления митингов прошлой весной, когда полиция почувствовала, что ей все дозволено, что социалистическое правительство будет поддерживать ее пока не превратится в ультраправое.

Так в Уазе (департамент к северу от Парижа) прошлым летом молодой человек малийского происхождения был убит полицейскими, которые пришли искать его дома, подозревая в краже, которую он не совершал. Это вызвало многочисленные протесты (местный митинг собрал около 2000 человек) и создание братом и сестрой жертвы комитета для выяснения истины и достижения справедливости в этом деле. Но брат жертвы был арестован под ложным предлогом. Пятнадцать дней назад в Оне-су-Буа вспыхнул конфликт, о котором мы упоминали выше. Молодой Тео (тоже антильского происхождения) был избит и изнасилован полицией. Множество людей были возмущены скандалом, даже за пределами обычных кругов, но полицейских защищает начальство.

892ffcbf-3bae-4c74-a478-4a0d66f91fee
Жительницы предместий требуют справедливости для Тео

Последние дни были отмечены митингами лицеистов (особенно, в пригородных лицеях, но не только). Чтобы поддержать Тео и сказать «нет» полицейскому насилию, поднялись и другие города, как Нант, Марсель и пр. Каждый раз полиция действует массово (иногда полицейских больше, чем митингующих) и жестоко. Полиция стремится спровоцировать столкновение с молодежью, ведь очевидно, что демонстрация мнимого насилия молодежи в пригородах (особенно мигрантов) составляет значительную часть предвыборной кампании правительства, переполненного политиками-ксенофобами (от ультраправых до социалистической партии), озабоченными государственной безопасностью.

Отвращение к левому правительству на руку Марин Ле Пен

Отвращение народа перед «социалистическим» правительством достигло высшего предела. Значительная часть рабочих и молодежи не принимают его антирабочую политику за пять лет, ведь это лишь продолжение политики предшествующего правого правительства (под руководством Саркози и премьер-министра Фийона).

maxresdefault
Ультраправая Марин Ле Пен – ставка Кремля на французских выборах.

Рабочие и молодежь также не принимают (даже при некотором безразличии) агрессивную внешнюю политику, особенно в Африке (среди прочего Мали и Центральная Африка) и на Ближнем востоке. Равным образом никого не устраивает политика «чрезвычайного положения» (полицейский произвол, запрет митингов), то есть, использование страха перед терроризмом для оправдания репрессий, среди которых в первую очередь, подлая охота на нелегальных иммигрантов в паре с отказом принимать новых мигрантов и чуть ли не закрытием границ. Особенное разочарование связано с социальной ситуацией. Для бедных она становится все хуже в плане занятости, жилья, транспорта. Количество нищих и бомжей растет.

Разочарование в политике социалистов отбрасывает часть бедных классов к Национальному фронту, хотя успех Марин Ле Пен связан в основном с правыми.

Выборы казались заранее разыгранными, но…

Еще два месяца назад сценарий президентских выборов казался написанным заранее. Социалистическая партия, непопулярная после пяти лет у власти, могла бы только проиграть выборы. Ее собирались сменить правые. Это называют циклами, правые и левые по очереди пользуются властью. Когда левые теряют избирателей, правые принимают эстафету и наоборот.

Правые («Республиканцы» Саркози в союзе с небольшой правой группировкой, Союзом независимых (UDI) могли рассчитывать на удачный исход выборов во втором туре. Безусловно, ультраправый кандидат Марин Ле Пен должна лидировать в первом туре (по опросам она получает до 35% голосов), но классические правые будут вторыми, а во втором туре выборов с противостоянием Национального фронта и классических правых, левые призовут голосовать против Национального фронта, то есть, за классических правых во имя так называемого «республиканского голоса». То есть, он окажется у классических правых.

Однако… сценарий перевернулся.

Праймериз и первый сюрприз, слева

В этом году праймериз, то есть, предварительное голосование среди сторонников (впрочем открытое для любого избирателя при условии уплаты нескольких евро), устроили и правые и левые, чтобы выбрать кандидатов от своих лагерей. Такую систему впервые во Франции использовали на прошлых президентских выборах, в 2012 году в Социалистической партии. Супер-демократический способ по-американски! А также способ преодолеть, или хотя бы попытаться, соперничество и личные амбиции, подтачивающие аппараты крупных партий.

Праймериз у правых происходили в декабре 2016, а победителем стал кандидат, зарекомендовавший себя как наиболее правый: Франсуа Фийон, бывший премьер-министр у Саркози, столь привлекательный в реакционных и христианских кругах благодаря защите «моральных ценностей» и, особенно, противостоянию «браку для всех» (реформа Франсуа Олланда, разрешающая однополые браки). Его программа предполагает и подчеркивает войну против беднейших классов, новые атаки на систему здравоохранения, ликвидацию 500 тысяч бюджетных рабочих мест (огромное число, учитывая уже достаточно драматическое сокращение мест в сфере образования, больницах и т.д.).

Социалистическая партия столкнулась во время праймериз с рядом трудностей. За непопулярность она заплатила беспорядочным бегством своих членов:

  • министр экономики Олланда, Эммануэль Макрон (бывший банкир) покинул правительство, чтобы заявить о себе как о независимом кандидате, главе новой партии «Вперед!», претендуя стать кандидатом центра, ни правым, ни левым. Он отказался участвовать в праймериз левых.
  • президент Олланд отказался от выдвижения под давлением руководства своей партии, испугавшегося возможности полного провала, который отразится на доверии к ним на местных выборах (ведь выборы в законодательные органы будут сразу после президентских, в июле).
  • его премьер-министр Мануэль Вальс (который тоже покинул правительство, чтобы стать кандидатом, правда, в качестве полуофициального и общепринятого кандидата) считался фаворитом на праймериз социалистической партии в начале февраля 2017, хотя опросы предсказывали ему плохие результаты.
XVM455ade42-80d1-11e6-8dff-7de7d03cae34
Бенуа Амон позиционирует себя как французского Берни Сандерса

Но случилось непредвиденное: вместо того, чтобы выбрать бывшего премьер-министра Мануэля Вальса, выборщики-социалисты выбрали того, кого никто не ожидал: Бенуа Амона, не такого отталкивающего, как прежний премьер-министр. Он покинул правительство Олланда несколько лет назад и считался лидером «фронды» в Социалистической партии, фронды весьма ограниченной в возможностях, которая в основном была направлена против применения правительством статьи 49.3 Конституции, позволявшей провести закон о труде с помощью декрета, минуя обсуждение и голосование в парламенте.

Меланшон и коммунистическая партия: брак поневоле

Но есть левое крыло левых типа Социалистической партии, чьим лидером является Жан-Люк Меланшон. Он надеется поучить значительное число голосов, разочарованных в Социалистической партии. В далекие времена своей юности Меланшон был троцкистом, потом членом Социалистической партии, претендуя на лидерство в её левом крыле, министром в правительстве Лионеля Жоспена (в конце девяностых). Он покинул Социалистическую партию, чтобы основать свою «Левую партию», которая добилась определенных успехов уже на выборах в европарламент в 2009 и заявила о себе на президентских выборах 2012 под вывеской «Левый фронт» (который объединил небольшую партию Меланшона и Коммунистическую партию). Тогда он рассчитывал на 18%, но набрал лишь 11%.

French president of the Parti de Gauche and Left Front (Front de Gauche) candidate for 2012 French presidential election Jean-Luc Melenchon gestures as he delivers a speech during a rally campaign at Saint-Symphorien sports center, on January 18, 2012 in Longeville-Les-Metz, eastern France. AFP PHOTO / JEAN-CHRISTOPHE VERHAEGEN
Жан-Люк Меланшон – левый популист, играющий на правом поле

Жан-Люк Меланшон лишь мимоходом упоминает о социальной борьбе, ведь не она является для него средством преобразовать общество. Напротив, он настаивает на революции «с помощью избирательной урны». Он обещает «изменить конституцию» и занимается антиевропейской демагогией («именно Ангела Меркель и Германия навязали Франции политику жесткой экономии»). Он прославился фразой направленной против «откомандированных» работников (статус, позволяющий сотруднику, работающему в стране-члене Евросоюза, откомандировываться для работы в другой стране Евросоюза), которые «воруют у нас работу». И он тоже по-своему разжигает национализм и ксенофобию. Причем настолько откровенно, что крайне левые партии, которые могли бы задуматься об альянсе с Меланшоном из-за его радикального настроя (который никак не соотносится с реальными действиями), отвернулись от него. Он все же сохраняет определенное доверие в профсоюзных кругах и среди университетской молодежи.

Ситуация отличается от 2012, когда Меланшон добился поддержки Коммунистической партии (которая продолжает сохранять активистов и депутатов в муниципалитетах и даже в парламенте, тогда как партия Меланшона — это лишь небольшая сугубо электоральная машина). Теперь он посчитал себя достаточно известным, чтобы миновать соглашение с Коммунистической партией (от поддержки которой он бы все же не отказался) и выставить свою кандидатуру под новой вывеской, «Непокорная Франция».

Таким образом, у него освобождены руки для самостоятельного ведения кампании. Коммунистическая партия, несмотря на такую позицию и не без сомнений, в итоге согласилась поддержать кандидатуру Меланшона (весьма слабым большинством во время выборов в ноябре). Вспомним, что Коммунистическая партия не перестает слабеть и не осмеливается выдвигать своего собственного кандидата.

Электоральный фарс и второй сюрприз, справа

Второй сюрприз этих выборов совсем недавно пришел справа. Это связано с Франсуа Фийоном, кандидатом избранным четырьмя миллионами выборщиков на праймериз, в победе которого все были заранее убеждены. Но сатирическая еженедельная газета «Canard enchaîné», весьма популярная во Франции и очень хорошо информированная (в основном за счет буржуазных кругов, которые с помощью газеты сводят друг с другом счеты), подняла скандал вокруг Фийона.

jerccaricaturelaurentwauqiezmolieretemmerde-14902556924pc8l
Репутация традиционных правых изрядно подмочена

За те годы, что он нанимал свою жену в должности «парламентского советника», который ничем себя не проявил, ей было уплачено парламентом 800 тыся евро. Через неделю та же газета сообщила, что жена Фийона получила 45 тысяч евро в качестве компенсации за увольнение, когда ушла с этой фиктивной должности. Газета также рассказала, что Фийон платил своим детям из тех же парламентских фондов за «юридические советы». Судебная система начала процедуру проверки, и руководство «Республиканцев» (новое название правой партии, которая хочет быть похожей на американских республиканцев) попробовало отозвать Фийона… но он еще держится! До выборов несколько недель, а фарс еще не закончился…

В данный момент два кандидата надеются собрать голоса сбитых с толку правых избирателей. С одной стороны, кандидат, считающий себя центристом, бывший советник Олланда и бывший министр экономики Эммануэль Макрон рассчитывает благодаря скандалу с Фийоном подобрать часть правых голосов. С другой, ультраправый кандидат Марин ле Пен надеется на другую часть (хотя ее тоже уличили в использовании фондов европарламента для финансирования своей собственной партии).

И еще этот бардак отражается на играх слева:

  • кандидат-социалист, у которого не было шансов, маячит на горизонте… если удастся собрать все левые голоса (еще далеко до победы! Олланд и Вальс, то есть, вся социалистическая партия дают понять что надо голосовать за Макрона).
  • кандидат от зеленых решил снять свою кандидатуру, чтобы поддержать социалиста Бенуа Амона. В обмен Амон предлагает ему депутатские посты на парламентских выборах, которые следуют за президентскими.
  • напротив, Коммунистическая партия, которой тоже нужно соглашение с социалистами, чтобы иметь депутатов на выборах (в июле 2017) попробовали надавить на Меланшона, чтобы он объединился с Амоном, то есть, снял свою кандидатуру, от чего лидер «Непокорной Франции» отказался (на сегодняшний день).

Впрочем, видимо и здесь фарс еще не окончен.

А что с крайними левыми?

За пределами этой политической игры есть два кандидата от революционных крайне левых, о которых медиа говорят значительно меньше: Натали Арто, преподавательница, от «Рабочей борьбы» и кандидат от Новой антикапиталистической партии (NPA) Филипп Путу, рабочий завода «Форд» в Бордо (в данный момент ведутся забастовки против возможного закрытия этого завода).

dims
Рабочий Филипп Путу – кандидат Новой антикапиталистической партии

В данных условиях, когда предвыборная кампания даже больше чем обычно походит на цирк, когда для левых не остается больше иллюзий, когда положение беднейших классов ухудшается, хотя котировки на бирже не перестают побивать рекорды, революционерам есть что сказать: об эксплуатации бедных; о движении прошлой весны (даже если оно не победило и увлекло за собой лишь часть трудового сообщества, оно стало первым пробуждением после долгих лет без борьбы); наконец, о том, что не выборы, но только борьба способна изменить жизнь угнетенных.

arthaud2-tt-width-1300-height-750-crop-1-bgcolor-000000-lazyload-0
Натали Арто

Система, от которой ожидали демократического представительства, прогнила, она ничем не напоминает прямую демократию, которую могли бы принять трудящиеся для преобразования общества в интересах большинства. Предвыборная кампания — это лишь шанс занять трибуну, обратиться к миллионам людей «из низов», с которыми мы не сталкиваемся в нашей повседневной работе (даже если время, уделяемое СМИ «мелким кандидатам» ничтожно мало). Наши слова могут быть услышаны, и важно, чтобы нас видели. Тем более что у нас получилось на последних выборах.

Мы знаем, что некоторые из тех, кто мог бы отдать голос нам, не пойдут на выборы. Отвращение к политике, направленной против рабочих, к разного рода «делишкам», скорее всего, выразится в значительном проценте неучаствовавших в голосовании.

Чтобы заблокировать дорогу кандидатам, не связанным с большими партиями в правительстве, во Франции есть правило: чтобы выдвинуться, необходимо собрать рекомендации (подписи) 500 мэров или депутатов и сенаторов. Это не просто: мэры больших городов являются сильными чиновниками, членами крупных буржуазных партий, а мэры небольших коммун, которых приходится обходить по всей Франции, тоже питают к политике отвращение и говорят, что не хотят злить людей в своей деревне. На самом деле они тоже испытывают многообразное давление крупных партий и финансовых элит. Однако на сегодняшний день и «Рабочей борьбе», и NPA удалось собрать необходимое число подписей.

Такова ситуация… Она непостоянна и подвижна, зависит от множества неожиданных поворотов. На фоне трудностей в жизни и работе, которых всегда больше у беднейших слоев, когда политика крупных организованных партий стремится лишь усугубить их, важно, чтобы крайне левые, революционеры и антикапиталисты предоставили большинству, подавленному капитализмом, возможность проявить себя. Это необходимо прямо сейчас, вокруг нас, в кругу менее значительном, но заслуживающем внимания, среди рабочих и возмущенной молодежи, среди активистов профсоюзов или общественных организаций.

Перевод Дмитрия Жукова.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *