maxresdefault — копия

Моральный империализм Прилепина

21 февраля в Литературном институте им. Горького прошла встреча студентов с Захаром Прилепиным. Приехав на час позже назначенного, писатель, а теперь и заместитель командира одного из батальонов на Донбассе, решил не тратить время на рассказ о своей новой книге «Взвод», а предложил сразу перейти к вопросам.

За время стремительной пресс-конференции, длившейся от силы 25 минут, студенты всё же успели задать не только стандартные вопросы, вроде — «А видите ли вы различие между собой как общественным деятелем и между собой как автором?», но и связанные с недавней политической активностью Прилепина.

Так, одна из студенток спросила, осознает ли он, что и с украинской, и с российской стороны есть люди, которые, не поддерживая ни Кремль, ни украинский режим, выступают за прекращение военного конфликта на Донбассе, а потому его слова о гипотетическом взятии Киева и въезде в него на белом коне, способствуют только эскалации конфликта и укреплению ненависти в обществе.

Lit-Prilepin-21-02-17-large-1024x452
Фото сайта godliteratury.ru

На это Прилепин ответил, что не знает тех, кто бы в Украине публично высказывался за прекращение войны. Но знает тех, кто хочет, чтобы Украине вернули Крым и Донбасс, лишив людей права на демократический выбор. Не лучше, по его мнению, обстоят дела и в России, есть, разве что, «люди в желтых шапках» (имея в виду присутствующего на встрече корреспондента «Дождя» в желтой шапке), которые требуют устранения из конфликта России и проведения демократических процедур на Донбассе, но силами действующей украинской власти.

На возражения о том, что существует и третий взгляд, требующий и смены киевского режима, и устранения России и Запада из конфликта, Прилепин отвечать уже не стал, сказав, что у него нет на это времени.

Однако следующий студент обратился к нему с вопросом: «Вы настаиваете на праве ДНР на демократические выборы, но, как я понимаю, вы участвовали в Первой чеченской кампании. Скажите, пожалуйста, почему вы в этом праве отказываете чеченскому народу?».

Ответ Прилепина был краток и предсказуем —

«Потому что я — русский. Я всегда буду болеть за своих».

В целом, хотелось бы отметить, что ожидаемой многими прямой пропаганды и призыва идти на войну от Прилепина не прозвучало. Он не сказал ни слова о Путине и не произнес хвалебной речи Кремлю. Он даже не призывал последовать его личному примеру, что вполне бы вписалось в устаревшее представление о том, как ведут идеологическую работу «агенты режима».

Он акцентировал внимание на том, что уже давно относит себя к национал-большевикам, выделив в качестве одной из причин своей симпатии к ним то, что они сумели адаптировать левую политическую идею для русской почвы, сделав её понятной и близкой русской традиции.

Эта встреча может стать одним из поводов задуматься, как работает новая идеологическая машина. Какую риторику и какие механизмы она использует.

На примере Прилепина можно увидеть, что в прошлое ушли плакатные формулы а-ля «Воин красной армии, спаси», которые многие из нас продолжают искать в СМИ, массовой культуре и поведении медийных личностей.

Не стоит бояться того, что Прилепин и ему подобные вдруг начнут призывать сегодняшних мужчин и женщин идти на войну. Они не будут этого делать. Они даже не будут призывать следовать их личному примеру. Единственное к чему апеллирует Прилепин — это опыт предшественников и свобода его выбора пойти воевать.
Установка на «искренность» и «свободу» выбора исходит и от властных элит. Участие в военных действиях на Донбассе — это не «политическое», а «человеческое» решение, выбор совести.

Народу предлагается наравне с Кремлем сделать «свободный выбор». Не пойти «за ним в бой», а пойти в бой «вместе». Элита стремится к созданию иллюзии сближения и равенства со своими гражданами.

Последнее отлично проиллюстрировано в недавнем фильме Федора Бондарчука, где глава воинских подразделений живет в маленькой квартире спального района Москвы, а его дочь ходит в обычную школу.

Эта иллюзия равенства и игры на одном поле, апеллирующая не к политическому, а к «человеческому», чувственному выбору, лишенная четкого идеологического вектора, готовая клониться равно и в сторону «советизации», и в сторону «христианизации», гораздо сложнее агрессивной пропаганды, противоядие к которой у нас было выработано годами.

Елизавета Смирнова.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *