1930IsaacLeningrad

Есть ли у РПЦ права на Исаакий?

Многие привыкли применять к ситуации, когда государство отдает бывшие культовые объекты Церкви, понятия «реституция» или «возвращение». Информированные авторы, однако, говорят о «передаче», что является более корректной формулировкой, когда наследственная связь между дореволюционными владельцами храмов и храмового имущества и РПЦ не очевидна. Да и сам патриарх в своих посланиях зачастую употребляет термин «возвращение» лишь в словосочетании «возвращение верующим».

Споры вокруг принадлежности церковных ценностей ведутся с начала Перестройки, и уже тогда возник резонный вопрос:

Является ли Русская православная церковь Московского патриархата правопреемницей той дореволюционной Греко-российской православной церкви или, как часто называлась эта структура в официальных документах, Ведомства православного исповедания?

Конечно, в административном корпусе РПЦ разногласий по этому вопросу нет, но до недавнего времени на роль наследника претендовала так же РПЦЗ (Русская православная церковь за границей), «прославившая» себя коллаборационизмом в годы Второй мировой и канонизацией Николая Романова задолго до того, как это сделали их коллеги из РПЦ. Также наследниками дореволюционной православной традиции называют себя различные катакомбные церкви, осудившие сотрудничество православных архиереев с советской властью.

Кроме того, официальным преемником в первые два десятилетия существования советского государства принято было считать Обновленческую православную российскую церковь. История последней закончилась в первой половине ХХ века, паства различных катакомбных церквей немногочисленна и слабо представлена в информационном поле, а РПЦЗ слилась с РПЦ в 2007 году. На этом основании Русская Православная Церковь (структурно учрежденная в 1943 году) считает себя единственной правопреемницей дореволюционного православия на территории России и стран бывшего СССР.

2p20161127_vsn_1570_1200
Храм великомученицы Екатерины в Калининградской области (бывшая кирха Арнау, XIV век).

Впрочем, иногда не только православия. Примечательна ситуация с передачей РПЦ культовых сооружений в Калининградской области, где под православные храмы были переданы бывшие немецкие лютеранские кирхи в нескольких населенных пунктах. Власти региона, отдавая в ведение РПЦ, храмы, которые не имеют к ней никакого отношения, не учитывали даже тот факт, что в реставрации этих религиозных объектов принимали материальное участие протестантские организации из Германии.

Вместе с тем, позиция РПЦ в вопросе о передаче церковных объектов в ведение досоветских владельцев не всегда была последовательной. Достаточно вспомнить историю возрождения Украинской греко-католической церкви в конце 80-х годов. Тогда, по прошествии сорока лет после ее ликвидации и присоединения к Русской Православной Церкви, УГКЦ потребовала вернуть ей религиозные объекты, отнятые у нее советским государством и переданные РПЦ. Русская Православная Церковь, естественно, с возвращением не спешила и открыто поддерживала закрепление Советского имущественного статус-кво.

Новый виток дискуссия о передаче религиозных объектов Церкви получила сейчас, когда ни мнение 200 тысяч горожан, подписавших соответствующую петицию, ни высказывания деятелей культуры не остановили губернатора Петербурга Георгия Полтавченко от передачи во временное пользование РПЦ Исаакиевского собора.

Словосочетание «временное пользование» не должно никого обнадеживать, ведь это худший (для государства) сценарий коллективного владения, при котором расходы на содержание храма будут выделяться из городского бюджета, а доходы будут оставаться в Церкви.

Исаакиевский собор за свою полуторавековую историю несколько раз менял административное подчинение, но, несмотря на смену правительств, всегда находился в государственной собственности: до революции его дела вело Министерство императорского двора, а с провозглашением декрета «Об отделении церкви от государства» в 1918 году собор перешел в собственность советского государства.

С 1922 до прекращения служб в 1928 году храм был передан в пользование обновленческому духовенству. К слову, в 1926 году настоятелем храма в течение полугода являлся Александр Иванович Боярский, обновленческий священнослужитель, дед известного российского актера Михаила Боярского, человек неординарный, известный симпатиями к рабочему движению и вниманием к социальными проблемам.

f492fcad0835e4ea25f9b612f61e884c
Маятник Фуко в Исаакиевском соборе

С конца 20-х — начала 30-х в здании собора располагается музей. В советское время акцент делался на его антирелигиозной направленности. После распада СССР музей отказался от атеистической составляющей своей экспозиции и с 1990 года в Исаакиевском соборе возобновились церковные службы. Но, очевидно, церковь чувствовала себя «в гостях» у музея неуютно, и с 2015-го РПЦ начинает борьбу за передачу одного из важнейших петербургских символов в ведение Санкт-Петербургской епархии.

Наш город уже пережил несколько волн попыток передачи бывших религиозных построек, музеев в ведение Церкви. Одним из первых постсоветских актов передачи музейного имущества являлась десекуляризация Казанского собора, в котором помещался Музей религии и атеизма. Длительная борьба велась за Музей Арктики и Антарктики, приход которого до революции составляли старообрядцы-единоверцы, имевшие к господствующей церкви весьма отдаленное отношение. Музей устоял (надолго ли?). Теперь, видимо, пришла очередь самых крупных и знаковых музейно-религиозных объектов.

62ebc9de9254f2c25a57657ec6a0dac6__1440x
Крестный ход против народного схода

У нынешней волны десекуляризации есть своя особенность. Это мощнейшая пропагандистская кампания. То, что раньше делалось скрытно и без огласки, теперь сопровождается крестными ходами, громкими высказываниями представителей церкви и правительства. Идеологи и деятели этой кампании оперируют ископаемой антисемитской риторикой и призывают сплотиться перед угрозой «антиклерикального фашизма», не объясняя, правда, что понимать под этим термином, и каковы проявления этого «опасного» феномена.

1439263970-c0dffec00642b67e85511466af42181b
Патриарх благодарит лидера движения “Сорок сороков”, стоящего за нападениями на антиклерикалов.

В высказываниях церковных деятелей часто слышится намерение получить в свое ведение то, что было национализировано советской властью именно сейчас, в год столетия русской революции. Желание некоторой части общества «вернуть все, как было», уже материализуется в виде казачьих патрулей, парадов хоругвеносцев, черносотенного нарратива.

На фоне свиста нагаек и призывов убрать от церкви «волосатые ручонки» звучат слова патриарха Кирилла о том, что «мир вокруг возвращенных церквей должен стать символом согласия и взаимного прощения — белых с красными, верующих с неверующими, богатых с бедными».

Противостояние вокруг Исаакиевского собора, вероятно, не последнее столкновение на почве разницы во взглядах на право церкви владеть городским имуществом. Следующим шагом епархии, скорее всего, будет попытка добиться права на пользование другими открыточными достопримечательностями— Спасом-на-крови и Смольным собором.

Игорь Владимиров

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *